Например, желтое пламя свечи, ощущаемое в результа­те воздействия на глаз совокупности монохроматических излучений, по цвету сходно с одним из оттенков желтого в солнечном спектре. Или, другой пример, цвет источника, характеризуемого кривой распределения, изображенной на рис. 1, по ощущению близок к монохроматическому излу­чению с длиной волны 595 ммк.

Это один из фундаментальных фактов науки о цвете, и мы к нему еще вернемся. Пока же заметим, что если глаз различает разницу в двух сравниваемых цве- тах, то эти излучения по | спектральному составу Ц^ различны. Если же глаз | не различает два сравни- g ваемых цвета, то это еще Ц не означает, что излуче- ния одинаковы. Возмож­ность подбора монохро­матического излучения, субъективно одинакового с цветом сложного излу­чения, убеждает в справедливости выска­занного положения.

Существует чрезвы­чайно много сложных из­лучений, сходных по цве­ту с одним и тем же мо­нохроматическим излучением, но вместе с тем отличающих­ся друг от друга. Все эти излучения характеризуются общим цветовым тоном; последний определяется длиной волны сходного монохроматического излучения.

Итак, цветовой тон любого сложного излучения может быть описан цветом сходного монохроматического излуче­ния (или для определенной области цветов одним из пур­пурных цветов, являющихся в свою очередь суммой моно­хроматических красного и синего излучений). Однако сход­ство двух рассматриваемых цветов будет точным только в том случае, если монохроматическое излучение как бы разбавлено белым цветом, т. е. менее насыщено.

Реальные предметы, как правило, обладают цветом ме­нее насыщенным, чем цвета спектральные. Красный цвет спектра более «чистый», чем красно-розовый цвет мака.

Понятно, что причиной субъективного отличия является наличие в спектре отражения мака многих колебаний. Од­нако, каков бы ни был спектр распределения отраженной энергии, любая цветность реального предмета может быть субъективно точно воссоздана совокупностью моно­хроматического излучения и излучения белого цвета. Чем относительно больше белого в смеси, тем менее насыщен результирующий цвет, и наоборот.

Насыщенность, или чистоту тона, можно оценивать как отношение яркости монохроматического излучения к сумме яркостей этого излучения и разбавляющего его белого цвета и выражать в процентах. Насыщенность спектральных цветов равна 100%, а насыщенноть белого — нулю.

Большинство наблюдаемых нами предметов не являют­ся самостоятельными излучателями световых волн — они лишь отражают падающий на них свет.

Окраска несамосветящихся предметов (вторичных из­лучателей) зависит как от спектрального состава освещаю­щих их источников, так и от свойств предмета. Васильки, например, из всей совокупности падающих на них солнеч­ных лучей наиболее интенсивно отражают сине-голубые лучи и поглощают желто-красные. При освещении василь­ков красными лучами они покажутся нам черными (или темно-красными, ибо небольшая часть лучей все же отра­зится).

Хотя васильки в солнечном свете кажутся нам синими, л маки красными, они не отражают волны только одной длины. От окрашенных предметов отражается также со­вокупность колебаний с разными длинами волн. Окрашен­ные предметы лишь перераспределяют энергию спектра падающего на них света в соответствии с зависимостью коэффициента отражения от длины волны.

На рис. 2,а изображена кривая зависимости относи­тельной излучаемой мощности от длины волны для некото­рого источника света. Если свет этого источника падает на предмет, поверхность которого отражает различные мо­нохроматические лучи, например в соответствии с кривой, изображенной на рис. 2,6, то распределение относительной мощности в результирующем отраженном световом потоке изобразится кривой на рис. 2,е. Эта кривая получена пу­тем перемножения соответствующих ординат кривых а и б.

Источник, характеризуемый кривой на рис. 2,а, экви­валентен по ощущению монохроматическому излучению Ш
с длиной волны 610 ммк, тогда как свет, отраженный ог рассмотренного предмета, ощущается как монохроматиче­ское излучение с длиной волны 540 ммк. Человеческое ли-

до, рассматриваемое в свете некоторых газосветных ис­точников, кажется нам неестественно и неприятно окра­шенным.

Помимо окрашенных предметов, практически существу­ют и неокрашенные, так называемые ахроматические предметы, не изменяющие спектральный состав падающих
на них излучений. Бумага, называемая белой, на солнце ощущается белой; при освещении красными лучами —- красной и т. д. Та же бумага, равномерно покрытая тон­ким слоем сажи, остается в солнечном свете белой, но ме­нее интенсивно отражающей свет, и мы называем ее серой. Увеличивая толщину слоя сажи на бумаге, можно пройти через все градации от белого через серое к черному. Таким образом, «серость» ахроматического предмета зависит от величины коэффициента отражения.

Для обобщения цветовых характеристик предметов не­обходимо еще раз коснуться вопроса о яркости.

Увеличивая интенсивность света, падающего на поверх­ность любой цветности, мы не вносим перераспределения в спектральный состав отраженных лучей, а изменяем лишь их количество, их светлоту. При этом может изме­ниться субъективное ощущение цвета. Так, например, ко­ричневый цвет по спектральному составу совпадает с жел­тым, однако отличается от него меньшей светлотой (для вторичных излучателей—малой яркостью поверхности). То же можно сказать о вишневом цвете, являющемся по составу красным.

Таким образом, для того чтобы полностью характери­зовать цвет, необходимо определить его цветовой тон и насыщенность (определяющие цветность), а также яркость.

Любой реально существующий цвет может быть совер­шенно точно воссоздан смесью монохроматического излу­чения с определенной длиной волны и белого цвета в от­ношении, определяемом насыщенностью, с определенной яркостью смешиваемых излучений.